Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Большие гастроли. В Оренбурге выступил «Кукольный дом»

В Оренбурге с 4 по 6 декабря состоялись гастроли трижды лауреата «Золотой маски» Пензенского областного театра кукол.

Спектакли «Кукольного дома» прошли на сцене Оренбургского муниципального театра кукол «Пьеро». Проект осуществлен в рамках Федеральной программы «Большие гастроли», которая, как оказалось, работает даже в условиях пандемии.

Гости привезли в Оренбург три постановки: две для малышей: «Самый лучший папа», только что ставший лауреатом I премии III Международного Большого детского фестиваля искусств, и «Как лиса медведя обманывала», а для взрослых – главное событие – спектакль, обладатель пяти главных театральных премий России «Золотая маска» в 2018 году под странным названием «Попугай и веники», по пьесе Николая Коляды.

«Золотая маска» для Пензенского театра – дело привычное. Они уже получали её за детские спектакли «Забытая сказка» и «Зимняя сказка» в 2005 году и за взрослый «Убить Кароля» по пьесе С. Мрожека в 2014 году. Так что всероссийское признание новой постановки стало естественным продолжением доброй традиции.

Пьеса Николая Коляды «Попугай и веники» была написана в середине 90-х годов, и почти не имеет сценической истории. Разрешение на её воплощение в кукольном формате автор дал с удовольствием и даже помог финансово. Никто не ожидал фантастического успеха у зрителей и критиков на показах «Золотой маски», но «овчинка стоила выделки».

Действие пьесы происходит на железнодорожном полустанке, где, как это часто видят все россияне, идет торговля всем – от семечек до мебели. Торгуют, в основном, бабушки. Но у Коляды мы видим довольно экзотическую подборку персонажей: от той же бабки с семечками, комнатным цветком и говорящим попугаем, любящим водочку, до безработной сотрудницы некоего НИИ в придачу с мужем-алкоголиком, тоже бывшим ученым, которые вынуждены продавать самодельные веники.

И в течение 50-ти минут они общаются: ссорятся, мирятся, выпивают и даже умудряются рассказать свою историю, а зрители начинают искренне сочувствовать этим измученным людям, потерявшим жизненный ориентир, но не веру в добро.

Перед началом показа художественный руководитель театра, заслуженный деятель искусств РФ Владимир Бирюков встретился с представителями оренбургских СМИ.

На сайте театра, в зрительском форуме разгорелась целая полемика – от полного восторга до недоуменных вопросов – зачем выбрали уже неактуальную ныне пьесу? Так объясните выбор, пожалуйста.

— Николай Коляда – одновременно драматург и режиссер, он пишет о простых людях, оказавшихся в сложной жизненной ситуации, зачастую на грани выживания. Мы все знаем, как тяжело жить в нашей стране людям, которые потеряли не только работу, но и смысл жизни. Многие из них и так жили тяжким трудом, а ныне вынуждены жить на нищенскую пенсию и на «подножном корму». Я часто езжу по России, и постоянно вижу этих торгующих семечками бабушек. Это что, от хорошей жизни? Потому то, что произошло в 90-е, нашло свой реальный отклик сейчас, и неизвестно, кому тяжелее. Но они находят в себе силы жить…

Найдутся зрители, и их будет немало, которые скажут, что показ подобных историй сейчас не нужен, а требуется сейчас тот самый «сон золотой», чтобы успокоить, убаюкать, утешить. Мол, народу не нужны истории о бедах, а только о победах, а вы этот народ провоцируете на ненужные мысли…

— Николай Коляда любит людей, у него болит душа о них, потому то, что он написал, а мы поставили – это о любви. Любви к этим незадачливым людям с изломанными
судьбами и с надеждой на то, что все изменится. А «сон золотой» — это для любителей российских сериалов про «Золушек».

Теперь о ваших проблемах; несколько лет назад, на фестивале «Оренбургский арбузник» вы посетовали на тяжелые условия работы Пензенского театра кукол. Что-нибудь изменилось?

— Да! К нам впервые за 75 лет существования театра пришел губернатор, и то, после того, как ему доложили о резком выступлении по этому поводу Олега Басилашвили после присуждения нам очередной «Золотой маски».

Губернатор у нас новый, и ему все очень понравилось, и еще он увидел, в каких невыносимых условиях находится театр. Общая площадь зала вместе со сценой – 56 кв. метров, причем это в жилом доме, на третьем этаже. У нас нередко бывают инвалиды-колясочники, так мы заносим их на руках, а коляски стоят в проходе, потому что другого места нет.

Так вот, руководство распорядилось решить вопрос о строительстве нового театра, и нам выделили земельный участок, за который, пока идет подготовка проектно-сметной документации, мы платим 1, 5 миллиона рублей в год. Это пока все.

Как вам помогает федеральная программа «Большие гастроли»?

— Благодаря ей, театры России, и мы, в частности, получили возможность чаще встречаться со зрителями других регионов и со своими коллегами. И поскольку это федеральное финансирование, то театры стали более мобильны, да и вообще приятно увидеть друзей, таких, как Александр и Марина Яриловы, с которыми мы вместе учились в Ленинграде и дружим до сих пор. Правда, на этот год были запланированы гастроли в Красноярск, но рухнули из-за пандемии. Далеко очень. А так, «Большие гастроли» — это большое спасение.

Вы уехали на гастроли, а театр продолжает работать?

— Да вы что! У нас же очень маленькое все – и здание, и труппа, и бюджет. Вот выходят на сцену четыре человека – считай уже толпа. В репертуаре театра много спектаклей для взрослых.

Как у вас складываются отношения в этой категорией?

Руслан Джурабеков, актер:

Практически всегда на взрослых спектаклях аншлаги. У нас ведь идут Мольер, Чехов, Мрожек – не самые легкие авторы, но зрительский отклик есть всегда и мы прислушивается к мнению, даже если не согласны с ним. А в период пандемии спектакли для взрослых нас спасали – на них было гораздо больше зрителей, чем на детских, хотя они идут всего два раза в неделю.

Владимир Бирбков:

— Мы вынуждены играть 650 спектаклей в гол. Больше всех в России. Иначе не выжить.

А видел ли ваш спектакль Николай Коляда, и как он к нему отнесся?

— Да он посмотрел, даже не один раз. Ему все понравилось, правда, после первого просмотра он спросил – Это я написал? Шутка, конечно, но с его согласия, мы серьезно поработали над пьесой, много в ней изменили. Финал я вообще придумал другой, у Коляды он очень жесткий. А я хочу дать людям надежду.

На что?

— В первую очередь, что жить будем, и во вторую тоже. В финале спектакля все герои поют оптимистично- заунывную песню, в которой рефреном идут слова: «Азима-то будет долгой. Только сумерки да снег…» И у зрителей непроизвольно выступают слезы на глазах.

Не плачьте, друзья, зима уже наступила, и надеяться больше не на что, если только на бабушек с семечками. Хотя, если пораскинуть мозгами – они ведь и есть Россия.

Автор: Елена Чернова

© Оренбург Медиа 2019

Top.Mail.Ru