Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Отнять нельзя оставить? Отец из Оренбурга 7 лет борется за сына

В Оренбурге в семье известного музыканта, автора песни «Я Оренбуржец!» Сергея Шмелёва произошла настоящая драма. Его внука, которого после тяжелого расставания мать оставила жить у отца Константина Шмелёва, суд и органы опеки постановили вернуть. Жизнь маленького мальчика в последние месяцы превратилась в кошмар.

Походы по многочисленным судам семьи Шмелёвых не привели к результату. Оренбуржцы столкнулись с каменной стеной непонимания как в органах опеки, так и в судебных инстанциях. Накануне, 8 октября, плачущего ребёнка приставы насильно усадили в автомобиль его матери, который скрылся в неизвестном направлении.

Видео: телеканал utv.ru

Ребенок более двух лет прожил в семье отца. В 2017 году его буквально на пороге квартиры Сергея Шмелёва оставил второй дед. Мать, появившись через несколько лет, заявила о своих правах на мальчика. Органы опеки и суд, несмотря на железные аргументы со стороны отца, в итоге приняли её сторону. Почему их решение не так однозначно?

Ребёнок раздора

В 2012 году у Константина и его избранницы родился мальчик. Они не были в официальном браке, но отец сразу зарегистрировал ребёнка. Семейная жизнь не сложилась и, когда мальчику исполнилось 9 месяцев, пара рассталась, а малыш стал жить с Константином.

По словам мужчины, его гражданская супруга «загуляла» и перестала интересоваться сыном. До 2014 года мальчик жил с отцом. Через 2 года, вспомнив о ребёнке, мать подала иск в суд для определения места проживания ребёнка.

Поскольку малышу было всего 2 года, суд решил вопрос в пользу женщины. После этого молодая мать вместе с ребёнком уехала в поисках лучшей жизни в Нижний Новгород, потом в Москву, снова в Новгород и последним её пристанищем стало Одинцово.

Так она каталась с ребёнком на протяжении 3 лет. Вместе с женщиной находился её отец, который до этого времени 7 лет проходил лечение от алкогольной зависимости в психиатрической клинике в селе Старица и был болен опасным инфекционным заболеванием. После того, как решение суда вступило в силу, женщина выписала родителя из клиники и перевезла к себе. Именно он на протяжении нескольких лет сидел с малышом, в то время, как мать работала в ночных клубах.

Бег по кругу

Константин, не имея возможности общаться с сыном, несколько раз подавал заявление на розыск своей бывшей сожительницы.

— Получилось так, что я подаю в розыск, её находят, я приезжаю, а её там нет. В розыск я подавал потому, что мне не давали общаться с ребёнком. Доходило до того, что она пишет смс, кинь мне 20 000 на карту и я привезу тебе сына повидаться, — рассказал Константин.

Летом женщина привозила мальчика в Оренбург, оставляла на несколько месяцев в семье Константина, а к осени забирала и опять пропадала.

— В 2017 году я в очередной раз не знал, где ребёнок и написал заявление на розыск и в органы опеки, чтобы мне определили время для общения с сыном. А то получается, она привозит его на лето, а потом забирает и я не знаю, где ребёнок и что с ним, — продолжил свой рассказ мужчина.

-Органы опеки вызывали её на беседу, но она не являлась. Посоветовали подать в суд. Я пишу заявление в суд, там задают вопрос, а где она проживает? Если неизвестно местожительства, подавайте в розыск. И получается такой замкнутый круг. Только найду, а её опять нет на месте. Писанина дошла до того, что в Москве её привлекли за ненадлежащие исполнение родительских обязанностей.

Привёл и оставил

В 2017 году второй дед привёз внука в квартиру к родителям Константина и заявил, что устал с ним сидеть, а в семье Шмелёвых мальчику будет лучше. Свидетелями этого стали соседи, которые подтвердили на суде историю возвращения ребёнка в семью отца. Факт возвращения ребёнка отцом его матери был установлен и в суде (в распоряжении редакции есть соответствующее решение суда).

После нескольких лет, проведённых с матерью, у ребёнка диагностировали ряд заболеваний, которые документально подтвердили медики.

-Всё лето мы ходили по больницам, лежали в стационере и лечились. Как только бывшая супруга узнала об этом, она написала заявление в полицию, что я украл ребёнка. Когда приехали оперативники, я показал им ребёнка, на что они сказали, что мальчика надо отдать матери. Ребёнок залез под стол и расплакался, сказал сотрудникам, что никуда не поедет, — продолжает свой рассказ Константин.

Когда соседи подтвердили полицейским, что ребёнка привёл его родной дед, они уехали.

Судебные тяжбы

После этого случая, женщина начала писать заявления во все инстанции разных районов, в суды, в Следственный комитет.

Отец мальчика бесконечно ходил и объяснял ситуацию. Для проверки приезжали органы опеки. Они проверили шкафы, холодильник, портфель с тетрадками и подтвердили, что все необходимое для ребёнка есть, но круговерть продолжалась.

В один из дней мать пришла к сыну, но в квартиру заходить не стала, стояла на пороге.

-Пришла с яблоком для сына. Я говорю, вот ребёнок сидит, заходи в комнату, поговори с ним. Она не заходит, вызывает полицию и заявляет, что я не отдаю ребёнка. Полицейские приехали, подъезд открыт, дверь открыта. Показал документы, что я отец.  Полицейские постояли и уехали. Она тоже ушла с яблоком в руках, — уточнил мужчина.

После этого отец мальчика составил в отношении своей бывшей гражданской супруги иск на лишение родительских прав за умышленное причинение вреда здоровью ребёнка. За три года нахождении у матери, ребёнок ни разу не посетил врача.

Органы опеки, выступая на суде, заявили, что не видят оснований для лишения родительских прав.  Константин отмечает, что соцслужбы проверили жильё матери его бывшей сожительницы, в то время как ребёнок проживал в съёмных квартирах, мотаясь по городам. В иске отказали. Представленные доказательства, казалось бы, железные аргументы, суд также не принял во внимание и в иске отказал.

После этого, женщина подала встречный иск, за ним последовали апелляции. Она стала снова писать во всевозможные инстанции. Понятно, что здесь в работу включились ее адвокаты.

Константин продолжает рассказывать:

-В полиции уже улыбаются. Приходят домой, проверяют. Ребёнок говорит, что никуда не пойдёт и не хочет к маме. Суды, постоянные иски. Пишет она одно и тоже во все суды. У нас равные права. Я решение в 14 году выполнил, передал матери, она мне сама его вернула, — рассказывает Константин.

— У суда и опеки своя линия. Они, несмотря на весь абсурд происходящего, отстаивают точку зрения, что я его украл у матери. Я в их глазах похититель, как бы не доказывал свою невиновность. Я просил опеку принять меры, помочь разобраться в проблеме. Нельзя травмировать ребёнка, все психологи говорят. Они упёрлись, что я давлю на ребёнка и настраиваю его против матери, — отмечает Константин.

Фото из личного архива Константина Шмелёва

Также отец ребенка рассказал о случае нападения, когда автомобиль с неизвестными людьми подрезал машину его отца, который с внуком ехал в бассейн. Несколько мужчин и женщин попытались забрать мальчика, но он убежал. На крики выскочили соседи и бабушка. В итоге, в полиции оказалось заявление, что 60-летняя пенсионерка и её муж напали на шестерых взрослых людей.

— Все были пьяные. Одного из них знаю – бывший полицейский, уволенный из органов. Маме моей зуб выбили. Справки медэкспертизы пропали и в итоге дело на нас завели. Дошло до Следственного комитета. СК установил, что ребёнок убежал, когда мама приехала за ним, — говорит Константин.

Приставы в деле

Параллельно с судами начался прессинг со стороны приставов. Шмелёву прислали письмо об аресте его имущества, со всех счетов начали списывать деньги. Как выяснилось, он должен неустойку за алименты в размере 1,5 миллиона рублей.

-Я все время, пока сын был с матерью перечислял деньги на карту, номер которой она мне дала. Оказалось, что это карта её отца. Юристы сказали, что это «благотворительная помощь» и доказать ничего нельзя. По алиментам подал апелляцию. Суд скостил до 1,2 млн. Машины, проданные 2 года назад, арестовали. Привожу документы, не реагируют.

-С зарплаты отчисляют 50%. Позже узнал, что я ещё и в розыске. Пристав подал в розыск и сейчас у меня списывают 100% зарплаты. Документов в деле нет, в суд не вызывали, полный беспредел, — говорит в отчаянии Константин.

Отдать матери

18 сентября 2019 года Промышленный районный суд Оренбурга рассмотрел гражданское дело о лишении родительских прав по встречным искам родителей и определении места жительства ребёнка.

До судебного заседания было проведено 3 психологические экспертизы с ребёнком.

Психолог ГБУ «Комплексный центр социального обслуживания населения» в Северном округе Оренбурга Е.А. Коньшакова дала рекомендацию оградить ребёнка от травмирующих факторов.

В ООО Региональный социально-психологический центр «Ресурс» также отметил большую привязанность к отцу и порекомендовал оставить ребёнка в привычной ситуации (все документы имеются в распоряжении редакции «Оренбург Медиа»).

В центре Психологической поддержки и развития «Ступени» дали иное заключение. Психологи посчитали, что ребёнку в начале учебного года будет комфортнее уехать с матерью в незнакомый город, где нет друзей и пойти в новую школу в 1 класс.

Странным образом повели себя органы опеки, которые также дали заключение, что ребёнка необходимо передать матери, сославшись на психологическое исследование.

По решению судебной инстанции, родительских прав никого не лишили. Место жительства ребёнка было определено с матерью. Решение суда не вступило в силу и есть возможность апелляции в суд вышестоящей инстанции. Законный представитель Константина готовит апелляционную жалобу.

В это время мать мальчика подала ещё один иск в суд с требованием передачи ей ребёнка на время проведения судебных действий.

Суд Промышленного района 4 октября удовлетворил требования истца и постановил обязать отца передать ей ребёнка. Накануне, 8 октября, Константин пришёл по вызову к приставам для передачи сына матери. Он планировал переговорить со своей бывшей гражданской женой о том, где и как ребёнок будет жить в ближайшие дни, но не успел. Мать вместе с приставами насильно запихнули мальчика в автомобиль и увезли в неизвестном направлении. В распоряжении редакции есть видео, на кадрах которого мальчик кричит и плачет в это время.

В настоящее время семья Шмелёвых находится в шоковом состоянии от неведения, что происходит с их внуком и сыном. Ребёнок, который на протяжении долгого времени, был не нужен матери и воспитывался отцом, срочно потребовался женщине. Шмелёвы уверены, что давление, которое ведётся на них со всех сторон, кем-то инициировано. Но самый большой вопрос — как мальчик перенесёт взрослые «разборки» и как это скажется на его психике?

 «Оренбург Медиа» попытался узнать точку зрения специалистов органов опеки на данную ситуацию. «Мы все делаем по решению суда и по заключению экспертизы» — единственный ответ, которого добилась редакция. Без комментариев эту тему оставила и Уполномоченный по правам ребенка в Оренбургской области Ольга Ковыльская. В свое время Константин Шмелев был у нее на приеме, однако безрезультатно.

Журналисты «Оренбург Медиа» дозвонились до матери. Она сообщила, что ребёнок чувствует себя отлично и весел.

— В машине он быстро успокоился, нам папа звонил, разговаривал с ним, — сказала она. Историю о том, как ребёнок остался в семье Шмелёвых, женщина отрицает. Она рассказала, что они жили с отцом ребёнка в разных городах и она привозила мальчика папе. Летом было все прекрасно, а в сентябре отец его не привёз и перестал брать трубки. Сейчас, по словам матери, она вместе с мальчиком уехала из Оренбурга.

Анонимный источник в системе образования сообщил редакции о том, что «Контролирующим структурам было дано распоряжение сверху решить вопрос в пользу матери».

Суд ещё не поставил точку в этом деле. Впереди еще одна серия долгих и тяжелых разбирательств. Однако уже сейчас можно делать выводы о том, как работает система органов опеки в области и насколько кропотливо «эксперты» работают с детскими душами.

3 комментария

  1. Дмитрий85 Дмитрий85 09.10.2019

    Гнать надо в шею эти толпы дармоедов под названием «уполномоченные, омбудсмены» и тд

  2. Карпов Вячеслав Карпов Вячеслав 09.10.2019

    О каком правосудии идет речь? Его нет давно.Почило в бозе.Очень жаль ребенка.Судя по статье телефонное право ни кем не отменено.

  3. Татьяна Татьяна 10.10.2019

    Меня удивляют наши суды — моей подруге, которая одна воспитывает ребенка после развода, суд назначил алименты в размере прожиточного минимума ребенка. Отец не платит их уже 8 лет и никогда не платил, и ничего. И это при том, что ребенок живет вместе с матерью, а папа им даже не интересуется, не то чтобы к себе брать. Место проживания его известно, но алименты с него не взыскивают, т.к. «брать с него нечего». А с отца, у которого живет ребенок, алименты легко взыскиваются, да еще и насчитали 1,5 миллиона. Это за что, интересно? За то, что ребенок живет и воспитывается у отца, ему теперь еще и эту кукушку содержать? Может это она должна была алименты платить на содержание ребенка? Конечно много вопросов к судье. А мать теперь конечно не отдаст ребенка, это же для нее средство получения дохода. 1.5 миллиона ни у кого на земле не валяются. Интересно, за сколько бы она отдала этого ребенка отцу? Я думаю, если бы отдать ей сумму целиком, вопрос бы в миг решился. Очень жалко ребенка. Органы опеки, куда вы смотрите? Что ждет ребенка с такой мамашей?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© Оренбург Медиа 2019