Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Территория «Роста». Как работает нефтяной терминал в Сорочинске?

В Оренбургской области Сорочинск достаточно часто появляется в экологических сводках: жители окраин города жалуются на запах сероводорода. Запах идет с промышленной зоны, где расположены несколько заводов и терминалов по перевалке нефтепродуктов. «РОСТА-Терминал» пригласил журналистов из Оренбурга и Сорочинска на экскурсию по промышленной площадке.

Рядовой обыватель, не работающий в нефтяной отрасли, не знает и 10% тонкостей производственного процесса. Особенности перевалки нефтепродуктов, бензовозы, цистерны, товарные составы – другой мир. «Оренбург Медиа» разбирался в том, как работает нефтяной терминал, и откуда берется (или не берется) тот самый запах?

Как это работает?

«РОСТА-Терминал» — это сравнительно небольшой комплекс. Весь центр управления – в небольшом здании. Здесь расположены офисы, диспетчерский пункт и лаборатория. На улице – несколько резервуаров для хранения сырья, а также огромные установки для его откачки и налива.

Работает терминал (если, конечно, не вдаваться в технические детали) достаточно просто. На территорию заезжает нефтевоз, после проверки продукт из него откачивают в цистерну. Из неё нефтепродукты переливают в другую цистерну товарного состава. Далее поездом нефтепродукт едет до пункта переработки или продажи.

Терминал, по сути, сервисная услуга. Заказать услугу перевалки может как нефтедобывающая компания, так и покупатель. Сорочинский терминал – не очень большой, но сравнительно новый: установкам, которые работают на его территории, нет и десяти лет.

Управляет терминалом Валентина Левен. Молодая девушка уверенно руководит достаточно большим коллективом и, кажется, знает каждый вентиль на производственной площадке. На терминале она всегда с газоанализатором, который пищит сразу, как только фиксирует ПДК.

Перевалка нефти идет постоянно. На терминал подъезжают нефтевозы и железнодорожные составы. При сильном ветре в сторону города или иных неблагоприятных условиях работу останавливают. Также перевалку тормозят, при сигнале газоанализатора. Впрочем, это происходит крайне редко, гораздо чаще работу останавливают из-за погодных условий. А еще терминал прекращает работать, если жители сообщают в ЕДДС о запахе. Работу тормозят даже в случае, если на терминале ничем не пахнет, таковы правила.

Откуда запах?

— В нефтепродуктах весь запах идет из-за сероводорода и меркаптана. Чтобы запаха не было, продукт обрабатывают специальным нейтрализатором. Выбросы при переливе в цистерны исключены, поскольку терминал оснащён современной газоуравнительной системой, — говорит Валентина Левен.

Перед журналистами провели практически все рабочие процедуры, которые делают на терминале: сначала нефтепродукт откачали из бензовозов. Процедура выглядит достаточно герметично: запаха сероводорода практически не было. Ощутили его только при наливе железнодорожных цистерн из цистерны терминала. Впрочем, он был не очень ощутим.

По сути, емкости с углеводородами открываются в двух случаях: когда проверяют нефтевоз и когда открывают железнодорожную цистерну. Это – производственная необходимость. При журналистах «нефтью» почти не пахло.

— С технологический точки зрения тут пахнуть вообще не должно – только в момент, когда цистерна автомобиля или состава открывается. Но вы сами видели, запаха нет, — подчеркнула Валентина Левен.

Что говорят жители?

Вместе с журналистами на терминал пришли и сорочинцы. Те, кто чаще всего жалуется на запах сероводорода. Местные жители сами увидели процесс налива, но сильного запаха также не ощутили. Что, впрочем, не отменяет проблемы. Понятно, что редкие технические сбои на небольшом терминале могут дать определенный запах, да и человеческий фактор никто не отменял, однако в Сорочинске это происходит регулярно, что работой одного небольшого терминала объяснить уже нельзя.

— «РОСТА-Терминал» находится в самом центре промзоны. У нас, согласно нормам законодательства, соблюдена санитарная зона более 500 метров до жилых массивов, — отмечает Валентина Левен.

Она также отметила, что за 30-40 минут между заявкой от местных жителей и остановкой перевалки до того момента, пока специалисты доедут до ближайшего квартала, запах уже уходит. «Поймать» его самостоятельно удается очень редко.

— Зачастую сообщения о запахе сероводорода приходят, когда терминал не работает – бывает такое, что в данный момент работы не ведутся. Понимаете, любое промышленное предприятие, а в особенности нефтяное – это запах, без него никак. Но какой же он должен быть силы, чтобы долететь до жилых кварталов и задержаться там, добавила управляющая.

Местные жители подтвердили, что журнал обращений соответствует их реальным звонкам. В ряде случаев, по внутренним документам, на «РОСТА-Терминал» не велось никаких производственных процессов, а на путях, при поступлении обращения, не было вагонов для налива, что исключает даже появление запаха внутри терминала.

В лаборатории для СМИ и местных жителей провели эксперимент с нефтепродуктами и газоанализатором. Он начал издавать звуки только когда его поднесли к открытой бутылке с сырьём.

Соседние терминалы также отмечают, что утечек и выбросов у них не бывает, однако попасть туда не могут ни журналисты, ни местные жители. На «РОСТА» же пообещали, что политика компании будет максимально открытой, и в первую очередь – для местных жителей. Сейчас на предприятии рассматривают вариант выделить газоанализатор для жителей квартала, из которого чаще всего жалуются на запах, чтобы они могли самостоятельно фиксировать превышение ПДК.

В 2021 году в Сорочинске близ промзоны должен появиться стационарный экопост. Соответствующее заявление ранее сделал министр природных ресурсов Александр Самбурский. Проблемы запаха экопост, конечно, не решит, но за ситуацией с ПДК можно будет следить в режиме онлайн.

© Оренбург Медиа 2019

Top.Mail.Ru