«Разговоры про город» — проект, который запустила в сети искусствовед, исследователь города и автор телеграм-канала «от мертвого до нескучного» Эльвира Карпова. Это откровения художников, дизайнеров, архитекторов и других небезразличных к городу людей. Формат — интервью.
«Оренбург Медиа» поддерживает проект и публикует его под рубрикой «Разговоры про город». Ищите статьи также в социальных сетях под специальным хэштегом #разговорыпрогород.
Альфия Гайсовна Абдулхаликова — филолог, кандидат педагогических наук, доцент, около 20 лет проработала в ОГПУ преподавателем татарского языка и литературы на филологическом факультете.
До позапрошлого года я как-то не ощущала свой возраст — в 2024 мне исполнилось 70 лет. Теперь мне кажется, что это такой огромный промежуток времени, я столько всего помню о нашем городе. Всевышний дал мне очень хорошую память, поэтому я помню, каким был город, с 4-5 лет. Я старею, а город молодеет. Но у меня в памяти он тот, каким был раньше, он мне ближе — уютный, маленький. Я жила в трех районах города, родилась в Новостройке на Орджоникидзе, потом на Халтурина — родители там снимали домик. Потом отец построил дом в Восточном поселке, где я прожила до замужества. Мы получили квартиру в Степном, в этом районе я и живу до сих пор.
Какие у вас яркие воспоминания из детства?
Вспоминаю те годы, когда мы строились. В 1957 году площадь второго Восточного поселка, ограниченная улицами Мира, Нежинским шоссе (сейчас проспект Гагарина), объездной дорогой и «Максимумом», была отдана под строительство домов. Большинство строящихся были участниками войны. Транспорта не было никакого, кроме 4-го троллейбуса, а остановка «Молодежная» (тогда «Совхозная») была конечной. Суббота еще не была выходным, а просто коротким днем, папа сажал меня на плечи, и мы шли туда строить.
В то время на месте пятиэтажек военного городка, рядом с Национальной деревней, было поле, где стояла метеостанция. Оттуда часто запускали зонды, которые летали над нашими домами. Иногда они лопались, а мальчишки надували из остатков воздушные шарики. В 1959 году мы туда переехали. Перед нашим домом была огромная поляна, на которой в 1961 году построили и открыли школу №8 — я и мои одноклассники первыми вошли в нее 1 сентября, наш класс и остальные параллели стали первыми, проучившимися полностью все 10 лет. С утра весь народ, как на демонстрации, шел по улице Мира на остановку троллейбуса до Луговой (к тому времени продлили маршрут на 2 остановки). До реформы 1961 года в транспорте платили по количеству остановок, а при входе на поручнях висели свежие газеты «Южный Урал» — люди могли купить газету, и читать её, пока ехали. Мама так и ездила на работу до к/т «Комсомолец» 18 остановок.
Новые районы росли на ваших глазах?
Да, я хорошо помню, как строили 23 и 24 микрорайоны. Там были поля совхоза «Овощевод», на которых сажали капусту и другие овощи. После 7-го и 9-го класса у нас был трудовой палаточный лагерь, в котором мы по две недели жили. На выходные отпускали домой, а когда папа меня провожал, мы пересекали еще узкий тогда проспект Гагарина — на месте первой горбольницы стояли свинарники и конюшни. Когда уже училась в институте, иногда шла пешком по Чкалова, а вокруг были частные дома. Как только построили первую шестнадцатиэтажку возле собора, я сразу туда отправилась — мне было очень интересно. Поднялась на 16 этаж на лифте, чтобы посмотреть на город.
Когда вы увлеклись краеведением?
Еще в школе. После четвертого класса мы с нашими учителями пошли в поход в Черноречье по местам пугачевского восстания. Мы доплыли по Уралу на теплоходе «Гризодубова», а обратно вернулись пешком через колхоз 9-го января. Мы готовили еду на кострах, а ведь с нами было всего два учителя. Наш класс постоянно побеждал во всех сборах металлолома, конкурсах. И по заслуженным нами путевкам мы ездили в Киев, Ульяновск, Москву. С тех пор я собираю материалы о нашем городе, газетные вырезки.
Вы часто бывали в центре города?
Да, моя мама была заведующей детским садом, а тогда деньги за сад приносили напрямую заведующей. Раз в несколько дней она ходила их сдавать в банк на углу Краснознаменной и 9 января, иногда брала и меня. Когда мы туда шли, я её всё время тащила в «Когиз» —это был самый большой в городе книжный магазин, сейчас на его месте находится магазин «Жемчуг». Внизу, где сейчас башня, было кафе-мороженое, на месте памятника Пушкину и Далю — фонтан с лягушками.
Газета «Вечерний Оренбург» проводила конкурсы, в которых я участвовала. Один из них — «Где эта улица, где этот дом?». Публиковали фрагмент дома, а я ходила и выискивала, что же это за дом. Про меня даже написали заметку, название «Хожу по городу с поднятой головой» взяли из моего письма — за первое место наградили кухонным комбайном.
Вы сразу знали, в какой институт будете поступать?
Из двух классов по 30 человек у меня единственной в аттестате была пятерка по русскому языку, зато по алгебре и геометрии — тройки. Сначала я собралась поступать в тогда еще заочный филиал Московского юридического института, но без стажа меня не взяли. И тут в одной школе освободилось место секретаря-машинистки. Я начала там работать. Зимой там проходили практику студенты филологического факультета, я наблюдала за анализом их уроков в учительской и решила поступать в пединститут на заочное. Несмотря на успешную сдачу экзаменов, меня опять не взяли, потому что я не была ни пионервожатой, ни учителем. Тогда решила поступать на дневное в этот же год, в третий раз сдала все экзамены — и опять не хватило полбалла. Меня зачислили кандидатом, и я только после окончания первого курса получила студенческий билет. В этом году будет 50 лет, как я закончила институт.
Куда пошли после окончания?
Тогда было очень трудно устроиться в школу учителем, с большим трудом устроилась в 27 школу. Я была совсем без опыта, мне было сложно, поэтому решила уйти. Пришла работать в библиотеку сельхозинститута. Потом немного поработала воспитателем, чтобы дочку взяли в детский сад. А в 1991 году в ОГПУ на филологическом факультете открылось татаро-башкирское отделение, где готовили учителей родного и русского языков и литературы.
Чувствовала, что знаний недостает, поэтому решила поступить в аспирантуру. Защитилась в Самаре по теме «Сопоставительное изучение произведений русской и татарской литературы в средней школе с русским (неродным) языком обучения. Этнологический аспект». Татарские дети часто не понимают русских текстов, им тяжело учить их. В то время у нас в области было около 80 школ с изучением татарского языка, сейчас осталось около 20. Чем больше я изучала эту тему, тем больше меня удивляло, сколько на рубеже XIX-XXвв. в нашем городе было талантливых татарских писателей, поэтов, композиторов — Оренбург был на втором месте после Казани. Я активно погрузилась в изучение, стала проводить экскурсии.
В Оренбурге жил писатель и журналист Шакир Мухамедов, который издавал сатирический журнал «Карчыга» («Ястреб»). Он умер в 1923 году, похоронен на мусульманском кладбище на проспекте Победы. В 2024 приезжали писатели из Татарстана и мы нашли его могилу. К сожалению, прочитать надпись на плите могут не все, она написана арабским шрифтом. Татары на протяжении полутора тысячи лет, после принятия ислама, писали арабским шрифтом. В 1929 году все союзные республики, кроме Армении и Грузии, стали использовать латиницу, а с 1939 — кириллицу. Огромное наследие лежит в архивах, которое татары, кроме специалистов, не в состоянии прочесть.
Я тесно сотрудничаю с каналом ТНВ «Планета», который вещает из Республики Татарстан на весь мир. Татары ведь разбросаны по всей планете. Директор пункта Фируза Абсалямова еженедельно готовит видеоматериалы о татарах Оренбуржья. Недавно мы снимали выпуск возле здания, где находилась школа Восточной музыки (Пушкинская, 10), в которой преподавал и был директором первый профессиональный татарский композитор Салих Сайдашев. Я глубоко изучаю историю и жизнь известных татар, общаюсь с исследователями из Казани, которые к нам часто приезжают. Например, Венер Усманов подробно описал и задокументировал мусульманские кладбища в Татарской Каргале и на проспекте Победы.
В каком году кафедра закрылась?
В 2013 году, так как совсем не было заявлений на поступление — школы с изучением татарского языка закрываются, учителя становятся не нужны. После этого я еще несколько лет работала в областной татарской газете «Яна Вакыт», являющейся продолжением газеты «Вакыт», которую начали издавать золотопромышленники братья Рамиевы еще в 1906 году. Их дом очень хорошо сохранился на Ленинской, 31. Закир Рамиев (поэт Дэрдменд) умер в Орске в 1921 году. Это были меценаты, очень много сделавшие для своего народа. Мы долгое время, до перестроечных годов, не знали о земляках, выдающихся людях своего времени. Все эти имена мы узнали благодаря нашему краеведу Рахимкуловой Мадине Фатхиевне, которая посвятила жизнь изучению татарской культуры.
У вас сохранились старые снимки?
Из детства почти ничего нет, но потом муж много фотографировал. Сейчас часто выкладывают старые фотографии города в соцсетях, однажды я прямо спорила с одной женщиной в комментариях. Там, где сейчас кукольный театр на Советской, было два магазина — «Подарки» и «Жемчуг». Она доказывала, что никогда там их не было, но я-то помню. В 1976 году я вышла замуж, мы там покупали кольца. А в «Подарках» папа мне после 8-го класса купил маникюрный набор — это была мечта!
Вместо здания, где был магазин «Буратино», стояло одноэтажное здание с магазином «Детская одежда». Хорошо помню, что там стены были разрисованы сюжетами из басен Крылова. Очень любила ходить в букинистический магазин, который был на месте непостроенного «Атриума». Чуть дальше на углу Краснознаменной и 9 января был пряничный цех, в котором работал мой папа — там выпекали караваи по 60 копеек. Это был бренд нашего города. Многие, летевшие самолетом в другие города, в гостинец брали этот каравай. В Оренбурге было много цехов — макаронный, карамельный, ирисовый — сейчас всё это ушло.
Чем вы занимаетесь сейчас?
Я на пенсии, занимаюсь внуком, веду большую общественную работу, являюсь членом Оренбургской городской национально-культурной автономии. Недавно выпустили краеведческую книгу. Сейчас работаем над книгой о татарах области-участниках Великой Отечественной войны. У меня огромное количество материалов по краеведению, до которых все не доходили руки. Думала, вот уйду на пенсию, буду все сортировать, разбирать. Мне никогда не бывает скучно.
Хотите поддержать проект? Подпишитесь на Telegram-канал, рассказывающий о культурной жизни Оренбурга. Следите за новыми интервью, комментируйте интересное.